воскресенье 19

Тема дня
Открыт новый информационно-образовательный портал ЯРКИПЕДИЯ

21 ноября в сети Интернет начал работать новый информационно-образовательный портал по истории Ярославской области - «ЯРКИПЕДИЯ», на котором представлена самая разнообразная информация о событиях ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии





Люди ищут

на печать

Комментировать

четверг, 10 декабря 2015

Ярославская Знаменская церковь возрождается

10 декабря православный мир чествовал икону Божией Матери Знамение. В ярославской Знаменской церкви в этот день состоялся престольный праздник. Божественную литургию служил митрополит Ярославский и Ростовский Пантелеимон. Это была первая архиерейская служба в храме после почти 90-летнего перерыва. Об истории храма и его трагической судьбе в советское время читайте в публикуемом ниже материале.

 

"Немало есть таких, кои называются часовенными..."

Ярославская Знаменская церковь в её нынешнем виде существует чуть более ста лет. Однако уже три с половиной века назад благочестивые ярославцы молились на этом месте возле иконы Божией Матери Знамение, написанной на восточной стене Власьевской башни в 60-е годы XVII века.

Власьевская башня была важным звеном древних городских укреплений, выстроенных по линии нынешней Первомайской улицы – от Волги до Спасо-Преображенского монастыря. Земляной вал по этой линии существовал очень давно, возможно, с XIII века, но башни на нём стали строиться только после городского пожара 1536 года по указу великой княгини Елены, управлявшей Русью во время малолетства её сына Ивана IV. В числе других была на этом месте построена и первая Власьевская башня.

В каком точно году была сооружена эта башня и сколько времени продолжалось строительство, неизвестно. Как писал священник и краевед Алексей Лебедев, «по протяжению земляного вала, простиравшегося около города почти на 3 ½ версты и имевшего 21 башню, можем только заключить, что работы эти относились к немалому времени». Точно можно утверждать лишь то, что к началу XVII века все работы по строительству укреплений были завершены, а в 1609 «крепость эта со славою выдержала продолжительную осаду поляков, принуждённых отступить от Ярославля».

Первая башня, отражавшая осаду поляков, сгорела 10 июня 1658 во время великого пожара. Новые каменные укрепления строились во второй половине XVII века.

Власьевская башня в ходе нового строительства сохранилась как проездная. Помимо основной башнибыла построена ещё и отводная – с западной стороны, выходящей в сторону Угличской дороги (нынешней улицы Свободы). Главная башня – именно она и сохранилась до наших дней – имеет высоту 17 метров, примерно такой же высоты был и деревянный шатёр с дозорной вышкой наверху. Отводная башня в высоту достигала около 9 метров.

Поначалу проезд под Власьевской башней не был сквозным: наружные ворота в отводной башне располагались не в западной стене, а в южной. Выезжающие из города, таким образом, должны были внутри башни повернуть налево и выехать в сторону монастыря, где находился мост через прорытый вдоль вала ров. Это было не очень удобно проезжающим, но при обороне от неприятеля значительно помогало бы защитникам города сдерживать натиск. Впрочем, польская осада 1609 оказалась в истории ярославской крепости последней, и крепостные стены больше не вставали на пути неприятеля.

Во время пожара 1711 деревянный шатер с дозорной вышкой на Власьевской башне «подверглись пламени» и больше уже никогда не восстанавливались.

На стенах башни были написаны две иконы-фрески: Божией Матери Знамение – на восточной и Спасителя – на западной стене отводной башни. Иконы эти очень почитались ярославцами. Поэтому, когда генерал-губернатор А.П. Мельгунов хотел было в 1785 году снести башню, поскольку ему был нужен кирпич на постройку Дома призрения ближнего, купцы во главе с городским головой Андреем Александровичем Барсовым выступили против. Чтобы спасти башню, а вместе с нею и иконы, ярославские купцы выдали губернатору 15 тысяч штук кирпича.

Как отмечал Алексей Лебедев, написание иконы Знамение «предание относит ко времени самого устройства башни. Это отчасти доказывается тем, что икона писана по сырому грунту (альфреско). Знатоки иконописания письмо иконы называют новгородским».

С новгородской иконой Пресвятой Богородицы связано чудо спасения Новгорода в 1170 году. Суздальский князь Андрей Боголюбский решил было подчинить себе новгородцев. Вместе с ним 25 февраля Новгород осадили князья смоленский, муромский, полоцкий и рязанский. Предводительствовал ими сын заболевшего Андрея Боголюбского Мстислав. Три дня жители города, руководимые князем Романом, отбивали атаки. Четвёртый день должен был стать решающим. Ночью новгородский архипастырь Иоанн, трое суток молившийся о спасении Новгорода, услышал голос, повелевший ему идти в церковь Спаса на Ильинской улице, взять оттуда икону Божией Матери и вознести её на городскую стену. Утром после усердной молитвы владыка Иоанн так и поступил.

В это время враги пошли на приступ. Одна из стрел, выпущенная со стороны суздальцев, вонзилась в икону. Внезапно Святой Лик Свой Она отвратила от нападавших и обратилась к городу. Новгородцы увидели, что из очей Богородицы падают слёзы. «Царице! Ты даёшь нам Знамение, что сим образом молишься пред Сыном Твоим и Богом нашим об избавлении града», – воскликнул Иоанн. Воодушевлённые этим Знамением новгородцы открыли ворота и бросились на объятых ужасом врагов, обратив их в бегство. В память об этом событии святитель Иоанн установил 27 ноября праздник Знамения Божией Матери в Великом Новгороде и назвал его днём избавления Новгорода и днём наказания ратующих против единоверных. Эти события были изложены в написанном в XIV веке «Слове о Знамении Святой Богородицы».

Вот почему и в Ярославле икона Знамения Божией Матери была написана именно на крепостной башне Ликом Своим к городу.

Историк Г. Преображенский, описывая монастыри и храмы Ярославля, подчёркивал, что «благочестивые ярославцы, проходя и проезжая этими воротами, привыкли знаменовать себя крестным знамением и даже молиться перед этим святым изображением». Поскольку икона очень полюбилась горожанам, став для них «предметом особенного благоговения и всегдашним прибежищем в печалях и в радостях», вскоре над воротами соорудили на деревянных столбах небольшую площадку с перилами, а с боков к ней пристроили деревянные лестницы, чтобы богомольцы могли подняться к самой иконе. В день празднования этой иконе 27 ноября служили всенощное бдение.

В начале XVIII века взамен площадки была устроена маленькая деревянная часовенка. «Этою часовнею до 1736 года заведывали священноцерковнослужители градской Власиевской церкви. Икона Знамения Богоматери издавна находилась и находится в особом почитании у жителей г. Ярославля, и часовня, где часто служились молебны пред чтимою святынею, доставляла значительные доходы Власиевской церкви и причту. Афанасиевский монастырь был тогда особенно беден; посему игумен сей обители Иона и исходатайствовал указ, предписавший пользоваться часовнею означенному монастырю и братии его», – так объяснял переподчинение часовни от Власиевской церкви монастырю владыка Сильвестр, епископ Рыбинский и настоятель Ярославского Афанасиевского монастыря, написавший в 1915 исторический очерк, посвящённый 300-летию обители. Указ, исходатайствованный игуменом Ионой, издал преосвященный Иоаким, архиепископ Ростовский и Ярославский, в 1736 году. 16 июля он предписал «у образа Знамения Божией Матери, что на башне Власьевских врат, отправлять молебны Ярославского Афанасиевского монастыря иеромонахам, и все подаяния к тому образу бываемые употреблять в пользу того монастыря».

Деревянная часовня «на столбах» благодаря тщательному надзору и своевременным подновлениям простояла около восьмидесяти лет. А в конце XVIII века была полностью перестроена.

В отделе графики Ярославского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника хранится документ под названием «Вид состоящим в губернском городе Ярославле называемым Углицким воротам, при которых назначиваетца вновь к построению часовни для закрытия образа вместо деревянной каменная, которой и представляетца фасад какою фигурою оной быть». Помимо фасада часовни документ содержит и «План Углицким воротам», на котором изображены не только часовня и Власьевская башня, но и «чрез ров мост на сводах, по которому с обеих сторон парапетные стенки», и отводная «полубашня вышиною в половину башни». На плане видно, что ворота отводной башни уже пробиты в западной, а не в южной стене, то есть проезд устроен сквозной; у часовни слева и справа от проездной арки на фасаде нарисованы двери. В пояснении говорится: «Для постройки вновь часовни каменной по чертежу, в которой назначаетца по № 5 быть входной лестнице, по другую сторону по № 6 быть караульной будке». Есть на проекте и дата его утверждения – 29 мая 1790 года, и подпись архитектора – Александр Гусев.

Земляной вал с южной стороны Власьевской башни срыли в середине 1790-х годов, тогда же засыпали ров и разобрали мост. На освободившемся месте к башне был пристроен дом графа Салтыкова, занимавшего в то время должность московского губернатора. В начале 1810-х уничтожили вал с северной стороны Власьевской башни. На образовавшейся площади архитектор Пётр Паньков выстроил на собственные средства первое здание театра. Отводную башню разобрали в 1823 году. При этом образ Спасителя, находившийся на её стене, был вырублен и целиком вставлен в стену основной башни с западной стороны. Для этого над воротным проездом на высоте верхних боев выдолбили глубокую впадину высотой в 23 ряда и шириной в 5 ½ кирпичей. В эту впадину и вставили вырубленную из отводной башни четырехугольную глыбу стены, заключив её в толстую деревянную обвязку.

Часовня же у иконы Знамения простояла 70 лет. «В 1850 году, – читаем в «Церковно-археологическом описании города Ярославля», изданном в 1860 А.П. Крыловым, – старанием строителя Иннокентия, нынешнего настоятеля Афанасиевского монастыря, часовня распространена и внутри украшена довольно хорошей живописью; она между прочими изображениями, представляет славнейший подвиг новгородцев, победу над ополчением князей суздальских, которою обязаны они были чудному заступлению Божией Матери и молитве своего Архиепископа, Угодника Иоанна. Икона Божией Матери в серебряной – позолоченной ризе. В пятницу еженедельно, после поздней литургии, в часовне пред образом Богоматери поётся молебное пение и читается акафист, что обыкновенно совершается Настоятелем монастыря или старшим Иеромонахом».

Что стоит за словом «распространена», поясняет владыка Сильвестр: «Вместо деревянного входа устроено каменное входное крыльце, и часовня распространена пристройкою с лицевой стороны каменной стены». Но доступ богомольцев на молебны всё равно остался весьма ограниченным. Поэтому в 1860 году возник проект устроить вместо часовни церковь.

С такой идеей к архиепископу Нилу обратился купец 2-й гильдии Арсений Иванович Оловянишников. Он придумал такой план: поскольку Власьевская башня в это время стояла заброшенной и никак не использовалась, он предложил устроить внутри башни надвратную церковь во имя Святого Иоанна Лествичника и Благоверной княгини Ольги. Правящий в то время архиерей – архиепископ Нил – план Оловянишникова поддержал, городские власти тоже были не против. Возражения последовали от братии и настоятеля Афанасиевского монастыря. По их мнению, поскольку часовня устроена в честь чудотворной иконы Знамения, «очень почитаемой как ярославцами, так и окольными обывателями», замена часовни «церковию во имя Св. Иоанна Лествичника и Благоверной царицы Ольги для монастыря бесполезна, да и гражданам многим будет неприятна. Ибо среди граждан и обывателей немало есть таких, кои собственно называются часовенными, а им, часовенным, замена сия не послужит ли к уклонению их и от Знаменской иконы?»

Тогда Арсений Иванович предложил новую идею: устроить церковь не в башне, а на месте часовни, чтобы чудотворная икона Знамения оказалась таким образом внутри церкви. Здесь никто не возражал, и, как писал в 1878 в «Ярославских епархиальных ведомостях» журналист и краевед Вадим Иванович Лествицын, 31 января 1861 указом Святейшего Синода № 144 «дозволено было устроить церковь в честь Божией Матери, Ея иконы Знамения, из существовавшей издревле при Власьевской башне часовни при древней на той башне иконе Божия Матери, с оставлением ея по прежнему приписною к Афанасиевскому монастырю».

Все работы были закончены в течение 1861. Церковь простояла в неизменном виде 35 лет и успела попасть в объективы нескольких фотографов, сохранивших её внешний вид для потомков. А Алексей Лебедев подробно описал её внешнее и внутреннее устройство:

«Фасад храма является в следующем виде: под ним в средине открывается пролётная арка, служащая продолжением башенных ворот. По сторонам ея к стене примыкают крыльца, покрытыя железными навесами. С правой стороны крыльцо ведёт на лестницу, устроенную для входа в церковь; а с левой – в палатку. Нижний этаж от верхнего отделяется поясом, выделанным из кирпича. Стену последнего этажа в высоту разделяют лопатки или пилястры на три части; верх этих частей представляется в форме мысообразных кружал или теремков, обведённых карнизами. Среднее кружало шире и выше боковых. В средней части заключается три окна, а в боковых по одному; окна с дугообразными перемычками, с сандриками и наличниками. Над срединою кружал или теремков водружены железные осмиконечные позолоченные кресты. Стены здания выбелены; над аркою, соединённою с башенными воротами, написан образ Знамения Божией Матери; над правым крыльцом – Господа Саваофа; а на среднем кружале, в карнизе, олицетворено чудо Божией Матери, бывшее в великом Новеграде во время нашествия суздальцев, при новгородском архиепископе Иоанне в 1170 г. Кровля над храмом железная, окрашенная медянкою.

Внутренность храма разделяется на четыре части: в 1-й находится лестница, ведущая в притвор или паперть, во 2-й – паперть, в 3-й – церковь и алтарь, а в 4-й – келия для служащих при храме. Вход в келию – из церкви. Всё здание освещается 8-ю окнами. Храм нагревает изразцовая печь, устроенная в келье».

Предалтарный иконостас церкви имел один ярус. Все иконы были «новой кисти», писаны в Троице-Сергиевой лавре. А главной достопримечательностью и предметом особого почитания была, конечно, храмовая икона Божией Матери Знамения. Образ был обложен позолоченной ризой, украшенной жемчугом и различными камнями. К иконе по всей западной стене храма был устроен двухъярусный иконостас.

Стены и потолок храма расписали в 1870. В алтаре было изображено моление Господа Иисуса Христа в саду Гефсиманском, на потолке – св. Иоанн, архиепископ Новгородский, в молитвенном положении пред иконою Знамения Божией Матери во время осады Новгорода великим князем Андреем Боголюбским; на стенах – чудеса от иконы Знамения Богоматери.

На стене церковной паперти была начертана следующая надпись: «Во славу святыя живоначальныя Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, устроен храм сей во имя находящейся в нём чудотворныя иконы Знамения Божией Матери из прежде бывшей часовни по благословению Святейшаго Синода и Высокопреосвященнаго Нила, Архиепископа Ярославскаго и Ростовскаго, усердием ярославскаго купца Арсения Ивановича Оловянишникова, в 1861 г., обновлён же живописью и вновь позолотою в 1870 г., при настоятеле Афанасиевскаго монастыря архимандрите Николае, тщанием благотворителей, усердствующих к иконе Божией Матери».

Впрочем, очень быстро выяснилось, что и новая церковь слишком мала (возможно, поэтому за ней в народе, да и в газетах, так и закрепилось название часовня). «Усердствующих к той древней весьма чествуемой иконе Знамения Божией Матери за богослужение всегда является в таком количестве, что по тесноте и маловместительности той церкви весьма многие лишаются возможности при всём усердном желании быть в ней при богослужении, особенно в зимнее время», – отмечает Лествицын.

И вот, как пишет историк Преображенский, «преосвященный Иоанникий, бывший епископ Угличский, викарий Ярославский, в 1896 г. составил новый план для расширения Знаменской церкви. Он оставил алтарь на прежнем месте, а для храма положил сделать пристройку на 3-х саженях в восточную сторону. При таком плане Власьевская башня оставалась неприкосновенною. Дума дала своё согласие на такое предложение и преосвященный Иоанникий не замедлил изыскать средства на эту постройку. Храм был построен в 1897 г. Работы были начаты в апреле и окончены в ноябре того же года. Вся постройка стоила около 30 тысяч. Освящение храма совершал преосвященный Иоанникий 21 декабря 1897 года. Чтимый образ Знамения Богоматери остался на прежнем месте».

Проект перестройки Знаменской церкви выполнил городской архитектор Александр Александрович Никифоров в формах древнерусской архитектуры. Перестроенный храм стал не только больше по площади, но и выше на 11 ½ аршина. На храме на тонком барабане была установлена глава с позлащённым куполом и крестом. На наружной стороне восточной стены были написаны иконы Господа Саваофа и Знамения Божией Матери.

Внутри «вместо прежнего тесного Св. алтаря устроены совершенно заново два Св. алтаря с новыми же иконостасами и одним Св. престолом, обращённые на запад так, что икона Знамения Божией Матери, написанная на западной стороне, находится между алтарями». Случай ориентации алтарей на запад – редчайший в христианстве, и объяснялся в данном случае лишь тем, что вся церковь посвящалась древней иконе, написанной на внешней стене Власьевской башни, обращённой на восток. Внутри храма эта стена получилась западной.

Икона в новом храме была украшена новой серебряной ризой, осыпанной крупным жемчугом, с помещением в некоторых местах алмазов и бриллиантов. Каждую неделю в храме совершалось архиерейским служением в четверг – всенощное бдение с величанием Знамению Божией Матери, а в пятницу – литургия с молебном и акафистом чудотворному образу.

Сразу после установления советской власти для Русской Православной церкви наступили тяжёлые времена. Сначала новая власть взяла на учёт все церковные здания и богослужебные предметы. А 23 февраля 1922 года был опубликован декрет, предписавший местным Советам «изъять из церковных имуществ… все драгоценные предметы из золота, серебра и камней, изъятие коих не может существенно затронуть интересы самого культа, и передать в органы Народного комиссариата финансов для помощи голодающим». На деле комиссары описывали и вывозили всё подряд, в том числе священные сосуды, предназначенные исключительно для богослужебных целей.

Ход кампании зафиксирован в документах, сохранившихся в Государственном архиве Ярославской области. 20 марта в Афанасиевский монастырь явился председатель третьей городской подкомиссии губернской комиссии по изъятию церковных ценностей товарищ с говорящей фамилией Скотников и предъявил мандат «на право изъятия из Афанасиевского монастыря и Знаменской часовни золотых и серебряных вещей, риз, драгоценных камней и пр. ценностей по описям и книгам, представляемым коллективом верующих, а также имеющимся в распоряжении подкомиссии».

Опись изымаемого имущества проводилась 21, 26, 28 и 29 марта. Подкомиссия вывезла из монастыря и Знаменской церкви «ящик с ценностями, оцененный условно в 100000 р.» Что изымать – решали трое членов подкомиссии, официально называвших себя «тройкой». Изымались ризы, лампады, кадила, священные сосуды.

А летом у общины отобрали и сам храм. Процесс захвата произошёл в рамках обновленческого раскола в русской церкви, активно поддержанного Г.П.У.

В первое время часть духовенства, не разобравшись в происходящем, не препятствовала обновленцам. В Петрограде, например, сторонники ВЦУ быстро подчинили себе практически все храмы. В целом по стране их директивам следовали примерно две трети священников и архиереев. Но в Ярославской губернии они столкнулись с активным противодействием митрополита Агафангела. 18 июня он обнародовал послание «К архипастырям, пастырям и всем чадам Православной Русской церкви», в котором объявил о вступлении во временное управление церковью и призвал строго придерживаться церковных канонов и не подчиняться ВЦУ. Далее в дело вступило ГПУ: 28 июня владыка Агафангел был заключен под домашний арест, 22 августа переведён в одиночную камеру ярославской тюрьмы, а 9 сентября его перевезли во внутреннюю тюрьму ГПУ в Москве.

В отсутствие архипастыря у ярославских чекистов и поддержавших ВЦУ священников руки были развязаны. Губисполком разыграл передачу храма обновленцам как по нотам.

Старая община «тихоновского толка» (так её называли в документах ГПУ) не хотела смиряться с потерей храма. И людей можно понять: ведь у них бесцеремонно отняли не просто помещение для богослужений, а здание с уникальной святыней – древней иконой Знамения, 250 лет находившейся «в особом почитании у жителей Ярославля». Поэтому они попытались протестовать и оспаривать незаконное решение. Прокуратура принуждена была реагировать. Впрочем, отреагировала она вполне в духе времени. 11 апреля в административный отдел губисполкома было направлено письмо: «Возвращая при сём переписку, Яргубпрокуратура сообщает, что, рассмотрев жалобу общины верующих церкви Знамения и Афанасиевского монастыря о незаконной передаче церкви новой общине под председательством Хрусталёва и имея в виду, что административным отделом ГИКа уже проведена передача церкви Знамения и Афанасиевского монастыря от общины тихоновского толка новой общине, стоящей на точке зрения признания Священного Синода, новая община имеет достаточное количество членов для своего существования, и все формальности при передаче дел и ценностей соблюдены – переписка прекращена, заявление группы верующих прежней общины оставить без дальнейшего движения и переписку возвратить в Адм. Отдел ГИКа. Помяргубпрокурора по общему надзору – Любошевский».

Логика советской прокуратуры замечательная: поскольку дело сделано, вопрос законности сделанного уже не важен. Именно в таком духе и отвечала тогда прокуратура и на многочисленные жалобы репрессированных и их родственников.

Но захват Знаменской церкви остался единственным «успехом» обновленцев. Верующие от них отшатнулись, даже таких активистов, как Хрусталёв, для сколачивания новых обновленческих общин больше не нашлось.

Авторитет обновленцев стремительно падал, а потому власти перестали делать на них ставку и оказывать поддержку. В 1924 году из западной стены башни был вынут и уничтожен образ Спасителя. Не смогли обновленцы и защитить древнюю икону Знамения Божией Матери – главную святыню Знаменской церкви. В 1929 году на ярославскую обновленческую кафедру был назначен епископ Софония Яскевич. Он-то и сделал безуспешную попытку спасти святыню.

Тогда как раз началось наступление на церковь со всех сторон. Как правило, общину обвиняли в том, что здание церкви плохо содержится, а потом его отбирали. Что касается Знаменской церкви, то такие упрёки могли быть даже и справедливыми: в январе 1929 в списке обновленческой общины числилось всего 47 человек, а после перерегистрации по инструкции НКВД от 10 октября – уже только 26. 7 декабря комиссия горсовета провела осмотр здания церкви и сделала вывод: состояние его неудовлетворительное, «необходимо здание изъять и передать одной из городских организаций под культурные нужды».

5 января 1930 состоялось заседание президиума Ярославского городского Совета рабочих и красноармейских депутатов, на котором 25-м вопросом стояло: «О закрытии Знаменской часовни и передаче её под клуб артели Кустшвей или же Домтресту ГКО». По вопросу высказались: Жук, Сташин, Чернышёва, Стятюгин. Президиум постановил: «Принимая во внимание, что община верующих по своему составу является незначительной – 47 чел. и что принятые по договору обязательства в части ремонта здания община не выполняет, в результате чего здание разрушается, и учитывая ходатайства рабочих и служащих организаций Кустшвей и Домтрест об использовании Знаменской часовни под культурные учреждения признать целесообразным указанную часовню использовать для культурных целей, для чего договор, заключённый Горадмчастью с общиной верующих, расторгнуть и здание часовни передать Кустшвею для использования под клуб, о чём и просить Окрисполком данное решение утвердить». (14 января 1929 Ярославская губерния была включена в состав Ивановской промышленной области – ИПО на правах округа. ИПО существовала до 11 марта 1936. – Авт.)

16 января епископ Софония в отчаянии пишет в ярославский отдел Главнауки, ведавший памятниками архитектуры и искусства, следующее письмо: «Ярославское епархиальное управление настоящим просит Ярославский отдел Главнауки уведомить нас в том, находится ли на учёте в Главнауке Знаменская икона Божией Матери как археологическая древность, которой более чем 700 лет, как она написана на стене в Знаменской часовне в г. Ярославле. Если эта икона до сего времени находится не на учёте в Главнауке, то следовало бы таковую взять на учёт, как древнюю археологическую старину».

Зачем Софония приписал возраст иконы – непонятно. Может быть, он отталкивался от 1170 года, когда, согласно летописным источникам, было чудо Знамения в Новгороде? Но ведь ярославская икона была написана на стене башни только после её постройки в 1660-е годы, о чём в городе было хорошо известно. Поэтому лукавство епископа Софонии пошло только во вред. 17 января на его письме наложили две резолюции, обе подписанные неразборчивыми подписями: «Осмотреть фреску и, если имеет интерес и смысл, поручить П.Н. Догадушкину снять её для продажи или местного музея» и «Икона-фреска на башенной стене XVII в Знамения – как обычно на воротах в старых городах. Нужно осмотреть её состояние на месте. Часовня пристроена 20 столетие и подлежит сносу».

Поручение было выполнено сверхоперативно, о чём свидетельствует ответ Ярославских государственных реставрационных мастерских Главнауки в Ярославский горсовет от 18 января:

«Реставрационные мастерские, препровождая прилагаемое отношение «Ярославского епархиального управления», классифицирует его как попытку поповщины примазаться к Главнауке и прикрыться её именем, т.к. кроме явной лжи о древности фрески (ей лишь 300 лет – XVII век) представителем Епархии устно заявлена просьба считать это здание на учёте Главнауки (из-за этой иконы), а Епархию рассматривать как хранителя здания. Мастерские взяли курс на сборку всех древних ценных по округу культовых вещей для реставрации и реализации их через Госторг за границу, что даёт большой приток золотой валюты государству, и никаких хранений на местах (особенно у попов) допускать не намерены. Считая фреску второстепенной по значению и учитывая шаг поповщины, Мастерские просят Горсовет ходатайствовать перед Окрисполкомом о разборке Знаменской часовни для освобождения уличной площади и прохода под башней. Башня, которую закрывает часовня, имеет несомненную ценность как древнее здание и практическую, т.к. там помещается напорный бак Горводопровода. Заведующий Яросл. Отд. ЦГРМ Демьянов. Секретарь Е. Волкова».

Но столь радикальное предложение главнаучных работников смутило даже чиновников окрисполкома. 28 января на заседании президиума Ярославского окружного ИК ИПО было постановлено: «Имея в виду: 1) что техническим актом от 07.12.1929 установлен факт невыполнения общиной принятых на себя обязательств по содержанию молитвенного здания в исправности, вследствие чего последнее ввиду невыполнения ремонта разрушается; 2) что община крайне малочисленна – всего 47 человек и поэтому выполнить договорные обязательства не может; 3) что самая община «обновленческая» может быть присоединена к другой таковой же общине, имеющейся в городе; 4) что с другой стороны ряд организаций (Кустшвей, Т-во «Охотник», группком № 3 Союза Совторгслужащих и 1-й Домовый Трест) возбудили ходатайство о предоставлении им здания для культурных нужд – клуба, красного уголка и т.д.; 5) что приспособление здания для этой цели потребует сравнительно небольших средств и согласно имеющихся смет затраты выразятся в сумме от 1000 до 1500 руб., каковая сумма имеется в распоряжении организации; 6) что наиболее целесообразным является передача здания 1-му Домовому Тресту, как новой организации, не имеющей помещения для культурной работы и объединяющей по преимуществу неорганизованное население в количестве до 2500 человек – на основании ст. 36 и 43 постановления ВЦИКа и СНК от 8.04.1929 «О религиозных объединениях» возбудить ходатайство перед Облисполкомом о расторжении договора с религиозной общиной при Знаменской часовне и о передаче здания 1-му Домовому Тресту для культурных целей». Малый президиум облисполкома ИПО 19 февраля ходатайство президиума Ярославского окрисполкома поддержал и предписал «Предложить Ярославскому Окрисполкому принять меры к объявлению настоящего постановления группе верующих и к изъятию у неё часовни с соблюденим пост. ВЦИК и СНК от 8.04.1929 г. «О религиозных объединениях».

Дальше бюрократическая машина почему-то притормозила. Из Иваново-Вознесенска решение малого президиума облисполкома шло почти четыре месяца, и только 13 июня 1930 года административный отдел под роспись уведомил секретаря обновленческого епархиального управления и члена Знаменской общины Б. Виноградова о расторжении договора аренды церковного здания.

Понимая, что терять уже нечего, епископ Софония даёт добро общине жаловаться в Москву, во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет – его председателю Калинину Михаилу Ивановичу! 19 июня ходоки с соответствующей бумагой уехали в столицу, о чём председатель общины Чудова известила окружной адмотдел.

Момент для жалобы был благоприятным: в опубликованной 2 мая статье Сталина «Головокружение от успехов» как раз критиковались административные перегибы в борьбе с религией. И хотя эта критика была не более чем лицемерием, на недолгое время антирелигиозное рвение местных властей Москва поприжала. На письме Чудовой появилась резолюция: «Ждать решения ВЦИК».

Ждать пришлось долго. В октябре ВЦИК запросил «фотоснимки внутреннего и внешнего видов Знаменской часовни» (благодаря чему сегодня мы можем увидеть, как располагались алтари в здании, построенном Никифоровым), в декабре потребовал сообщить расстояние от Знаменской церкви до Туговой горы (3 километра) и вместимость Пятницкой церкви (около 500 человек), куда предполагалось перевести Знаменскую общину. И вот 20 февраля 1931 Президиум ВЦИК принял решение, на которое, наверное, не очень рассчитывали даже авторы жалобы: «Постановление президиума Облисполкома ИПО отменить, оставив указанную церковь в пользовании верующих».

То, что решение ВЦИК было лишь тактическим отступлением перед решающим штурмом, стало понятно уже осенью того же 1931 года. В Ярославле была создана специальная «междуведомственная» комиссия, которая (по требованию ярославской общественности, разумеется) развернула ожесточённую борьбу «за превращение «древнего» Ярославля – города церковно-монастырской и тюремно-купеческой архитектуры – в образцовый социалистический город». 11 ноября комиссия постановила «передать в коммунальный отдел молитвенные здания, не представляющие никакой исторической ценности». В числе 48 объектов были названы римско-католический костёл, еврейская синагога, немецкая кирха, Знаменская часовня, церкви Власия – летняя и зимняя. Дальше – больше: 3 декабря, несмотря на категорические возражения архитекторов Барановского и Померанцева, приглашённых из Москвы в качестве экспертов, комиссия постановила снять с учёта Наркомпроса церковь Ильи Пророка и «удалить её с Советской площади».

Что же касается Знаменской церкви, то оставалось решить лишь один вопрос: как быть с постановлением Президиума ВЦИК от 20 февраля 1931? Видимо, его можно было обойти, только договорившись с обновленческой епархией «по-хорошему». И такая договорённость с обновленческим архиепископом Петром Рождественским, 2 июля 1931 сменившим епископа Софонию, была достигнута.

Чтобы всё выглядело более или менее прилично, президиум горсовета 2 февраля 1932 принял постановление об организации в Ярославле детского театра. «Учитывая, что до сего времени в г. Ярославле совершенно отсутствует, за исключением нерегулярных киносеансов, культурное обслуживание детей дошкольного и школьного возраста, считать необходимым организацию в городе детского театра, – говорилось в постановлении. – В связи с письменным согласием религиозной общины Знаменской часовни на переход в другое молитвенное здание, указанную часовню передать для нужд детского театра, предложив комиссии по культам оформить передачу часовни».

26 февраля председатель комиссии по религиозным вопросам при Яргорсовете Мартьянов направил «исполнительному органу религиозной общины Знаменской часовни» письмо: «Вследствие поступившей от Об-ва «Друг Детей» просьбы о предоставлении занимаемого вами помещения для Театра юных зрителей и учитывая изъявленное вами согласие об освобождении занимаемой часовни, комиссия по вопросам культа Яргорсовета предлагает вам объединиться для отправления религиозных потребностей с Пятнице-Туговской общиной. С получением сего подтвердите ваше согласие на объединение с упомянутой выше общиной и представьте нам перечень предметов культового имущества, подлежащих передаче из Знаменской часовни в Пятнице-Туговской храм».

27 февраля требуемое согласие было подтверждено.

7 марта в присутствии секретаря горсовета, представителей союза безбожников, музея, ОГПУ и врачей Розова и Мельника были вскрыты мощи святых благоверных князей Фёдора, Давида и Константина, находившиеся в Знаменской церкви. Затем мощи передали в антирелигиозный музей.

8 марта состоялась «проверка всего имущества Знаменской церкви». Проверяльщики обнаружили не значившиеся в описи ризы, а также нехватку двух наперстных и двух напрестольных крестов и обитого железом сундука. «Комиссия постановила всё имущество, могущее быть использовано по прямому назначению, как столы, шкафы, ковры, дорожки, мелкую деревян. золочёнку и все проч., а также и облачение, за исключением которая согласно описи, передана общине «Пятница Туговская», зачислить в Госфонды, предметы, составляющие историческую ценность, передать Музею, остальное культовое имущество, не могущее быть использованным, как иконы, книги и аналой, передать ОГПУ».

По всей видимости, весной 1932 была сбита с башенной стены икона Знамения Божией Матери и разрушена главка с барабаном. В помещении церкви оборудовали зрительный зал, при этом уровень пола был поднят примерно на полтора метра. Ниша, в которой была написана икона, оказалась таким образом под полом. Стену Власьевской башни пробили, сделав проход в башню и устроив в ней подсобные помещения и кинобудку.

В Знаменской церкви сначала разместилась культбаза Ярпищеторга, предоставлявшая помещение театру кукол, а в феврале 1942 решением горисполкома в церкви был организован кинотеатр военной хроники, после войны преобразованный в кинотеатр «Луч». Театр кукол также давал здесь спектакли до 1949 – до переезда в здание на углу улиц Комитетской и Крестьянской (сейчас – перекрёсток улиц Максимова и Андропова).

26 марта 1980 исполком горсовета принял решение о полной ликвидации здания бывшей гостиницы Кокуева, которое предусматривало также закрытие кинотеатра «Луч» 27 марта 1980. После закрытия «Луча» Знаменская церковь несколько лет пустовала. В начале 1987 был заключён арендный договор между управлением культуры облисполкома и областной филармонией «на пользование недвижимым памятником истории и культуры» на три года. Этим договором предусматривалось проведение в здании ремонтных работ: очистка помещения и лестничных маршей от хлама, устройство и ремонт полов, вычинка кирпичной кладки и штукатурка внутренних стен, внутренняя побелка стен, установка и ремонт оконных и дверных блоков. Завершить все работы предполагалось в течение 1987 года. Но ремонт затянулся, и никакого концертного зала так и не открыли. В конце 80-х, когда в рамках объявленной сверху перестройки начали создаваться первые кооперативы, были желающие открыть в помещении церкви ресторан, но эта «идея» прозвучала настолько вульгарно, что городские власти её решительно отвергли.

Судьба церкви на следующие четверть века определилась после того, как без своего угла оказалась народная киностудия «Юность», созданная Рэмом Юстиновым. Много лет она базировалась в Доме культуры электровозоремонтного завода и была его гордостью. Но в конце 80-х Юстинов рассорился с дирекцией ДК и его попросили освободить помещение. А тут как раз заканчивался так и не реализованный договор с филармонией на открытие в Знаменской церкви концертного зала, и «Юность», ставшую экспериментально-творческим объединением, решили поселить там. При этом на «Юность», как арендатора, были возложены обязанности провести инженерное укрепление основных конструкций – стен, сводов, арок, завершить реставрацию фасадов и интерьеров, восстановить утраченное завершение церкви, а также отремонтировать крышу, водосточные трубы, столярку.

Знаменскую церковь передали «Юности» в апреле 1990. Около двух лет потребовалось, чтобы завершить реставрационные работы, которыми руководил главный архитектор проекта, реставратор Семён Евгеньевич Новиков. В конце 1991 реставраторы восстановили барабан и главу Знаменской церкви. Водружение золотой главы на её законное место стало финальным аккордом многомесячной исследовательской работы, кропотливого воссоздания силуэта церкви по старым рисункам и фотографиям. Можно как угодно относиться к этому факту, но окончание работ практически совпало с крушением тоталитарно-коммунистической идеи, апологеты которой целенаправленно пытались вытравить в народе веру и память. Как это делалось, хорошо видно и на судьбе Знаменской церкви.

В новых условиях начался процесс возвращения Русской православной церкви и другим конфессиям отнятого у них советской властью имущества и культовых зданий. В июне 2001 архиепископ Ярославский и Ростовский Михей обратился к губернатору области А.И. Лисицыну с письмом, в котором изложил идею создания в Ярославле Православного культурного центра и просил ходатайствовать перед Министерством культуры о передаче Русской Православной церкви в лице Ярославского епархиального управления Знаменского храма. Но вопрос завис, поскольку город не смог тогда предоставить другое помещение для киностудии «Юность» и Детской академии кино.

Только ещё через тринадцать лет Знаменская церковь наконец-то была возвращена Ярославской епархии. 6 января 2015 года, в Рождественский сочельник, здесь прошла первая после 80-летнего перерыва служба.

Ещё очень много предстоит сделать для возрождения былой красоты Знаменской церкви. Но пред иконой Пресвятой Богородицы Знамение уже снова звучат слова молитвы:

 «О Пресвятая и Преблагословенная Мати Сладчайшего Господа нашего Иисуса Христа! Припадаем и покланяемся Тебе пред святою чудотворною иконою Твоею, воспоминающе дивное знамение Твоего заступления великому Новуграду, от нея явленное во дни ратного на сей град нашествия. Смиренно молим Тя, Всесильная рода нашего Заступнице: якоже древлеотцем нашим на помощь ускорила еси, тако и ныне нас, немощных и грешных, сподоби Твоего Матерняго заступления и благопопечения…».

 

Автор текста – Андрей Григорьев.

Иллюстрации из фондов ГАЯО, ЯМЗ, КИКН, из собрания Н.А. Лебедева,
фото А.Григорьева и И.Пичугиной.

Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают