воскресенье 22

Тема дня
Открыт новый информационно-образовательный портал ЯРКИПЕДИЯ

21 ноября в сети Интернет начал работать новый информационно-образовательный портал по истории Ярославской области - «ЯРКИПЕДИЯ», на котором представлена самая разнообразная информация о событиях ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии






Люди ищут

на печать

Комментировать

четверг, 29 ноября 2012

Зажмурить глаза и прыгнуть в рынок

Егора Гайдара уже нет с нами, но дело его до сих пор живёт и всё ещё продолжает побеждать...

С большим интересом прочитал дискуссионную статью Галины Мельниковой «Усвоены ли уроки рыночных реформ?» («Северный край», 10 ноября с. г.). По мнению автора, живущего в Большом Селе, Егор Гайдар, как первопроходец рыночных реформ в России, незаслуженно недооценён россий­ской общественностью, за исключением молодёжи. Чувствуется, что она с большой симпатией относится к его реформаторской деятельности.

автор Владимир КОРНИЛОВ, к.э.н., доцент кафедры экономики управления Ярославского филиала Санкт-Петербургского университета им. А. С. Пушкина.    фотограф Фото из архива «Северного края».

 

Удивительно, что с таким уважением о нём пишет жительница сельской глубинки. Ведь сельское хозяйство, как никакая другая отрасль экономики, пострадала от рыночного «катка». Именно с лёгкой руки Гайдара пошло гулять по страницам печати выражение: «сельское хозяй­ство – чёрная дыра». Он считал, что сколько ни давай селу средств – всё не впрок. Гайдар пытался убедить всех: лучше покупать продукты питания за рубежом! Они, мол, там качественнее и дешевле по себестоимости. Теперь-то многие россияне понимают, испытав изобилие иностранных геномодифицированных продуктов питания на прилавках магазинов, что такое отечественные картофель, сливочное масло, мясо и т. д.

Мне лично один раз пришлось с этим человеком столкнуться. Это было в ноябре 1999 года. Шла очередная предвыборная кампания в Государ­ственную Думу РФ. Гайдар в качестве лидера «Демократической партии России» приехал в Ярославль, и одно из его предвыборных выступлений проходило перед студентами ЯрГУ им. П. Г. Демидова в актовом зале юридического факультета. В том же здании тогда располагался офис Ярославской областной организации КПРФ. Я, как её руководитель, в это время находился в помещении штаб-квартиры нашей организации. Вдруг открывается дверь и входит его помощник с просьбой дать стакан воды для Егора Тимуровича. Я, естественно, решил воспользоваться ситуацией: вышел в фойе, чтобы с ним пообщаться. Скажу искренне, я удивился, с какой скромностью он держался и с какой вежливостью поблагодарил меня за оказанную услугу. Обратил внимание на то, насколько его фотографический образ не соответствовал реальному. Наяву он был намного симпатичнее и обаятельнее. Меня удивило, что рядом с ним не было никого из охраны. Такое ощущение, что он нисколько не переживал за свою судьбу. Хотя, как большой политик, он должен был прекрасно понимать, что при встречах с аудиторией наверняка найдутся такие из слушателей, кто желал бы ему отомстить за «поломанную жизнь» в ходе его «шоковой терапии» в экономике.

В небольшой беседе с ним перед его выступлением я не удержался от вопроса: как так получилось, что он, внук знаменитого советского писателя Аркадия Гайдара, стал одним из символов разрушения советского образа жизни? Он совершенно невозмутимо в очень спокойной форме ответил: в его действиях проявляется традиционная русская проблема «отцов и детей». У «отцов» свой взгляд на судьбу России, а у «детей», как правило, иной. И, мол, сейчас перед гражданами России стоит фундаментальная задача: как можно быстрее вернуться в лоно цивилизованных стран.

На мой взгляд, он выступал перед студентами довольно академично. Его речь изобиловала специфическими терминами из области макроэкономики. Да и как оратор он тоже находился не на высоте. Слушал его я и всё больше убеждался в том, что не случайно такие, как он, оказались на олимпе российской власти. Они очень подходили для решения задачи по демонтажу советской экономики и ликвидации суверенитета россий­ского государства. Вспомнил его статью в газете «Правда» под названием «Прыжок в рынок» (октябрь 1989 г.), в которой вся премудрость доктора экономических наук сводилась к одному тезису: надо зажмурить глаза и прыгнуть в рынок. Просто и лаконично.

Именно такие, как он, ни разу не управлявшие даже самым низовым производственным коллективом (хотя бы бригадой, не говоря уж о предприятии); полностью находившиеся во власти макроэкономических постулатов, пусть даже самых абсурдных; обладавшие англо-саксонской холодной вежливостью, в основе которой, на мой взгляд, имеется презрение к тем, кто не принадлежит к той культуре – именно такие люди могли взяться за реализацию ультралиберальной программы по переходу России к рынку уже не за 500, а за 365 дней. На это не решился даже Григорий Явлинский, считавшийся разработчиком программы «500 дней». К слову сказать, истинными авторами программы были специалисты из Международного валютного фонда (МВФ) во главе с американским экономистом Джоржем Саксом. Вся заслуга Явлинского заключалась в озвучивании рекомендаций МВФ.

Г-жа Мельникова отмечает, что до сих пор нет серьёзных доказательств порочности гайдаровской политики. Что ж, попытаюсь привести несколько буквально навскидку.

Во-первых, была проведена либерализация цен без отладки механизма ценообразования, что привело к гиперинф­ляции, в результате которой пропали сбережения населения. Вот мой личный пример. У меня на 1 января 1992 г. на депозитном счёте в Сбербанке находилось 2,5 тыс. рублей. К концу 1992 года вклад составил 2,5 рубля. В ходе гиперинф­ляции произошло обесценивание оборотных средств предприятий, без которых отечественное производство быстро начало «загибаться». Это привело к резкому сокращению объёмов выпускаемой продукции и резкому росту безработицы. Прекратилось обновление оборудования во всех отраслях, и этот процесс продолжался до 2001 года.

Второе. Вследствие либерализации экономики цены на сырьевые товары росли в десятки раз быстрее, чем на готовые изделия. Это вызвало резкое изменение российской отраслевой структуры в сторону существенного увеличения в ней доли продукции сырьевых предприятий. Именно с того момента российская экономика окончательно села на «сырьевую иглу», с которой ей не удаётся слезть до сих пор. Например, сейчас 60 процентов дохода бюджета страны дают нефтегазовые поступления. Для сравнения напомню, что в советское время эта величина не превышала 30 – 35 процентов. Основной доход бюджета страны шёл от работы перерабатывающих и производящих готовую продукцию предприятий.

Замечу, что нынешнее положение в российской промышленности соответствует исключительно интересам зарубежных стран, экономика которых нуждается в нашем газе, угле, лесе, нефти и др. Между прочим, в других республиках бывшего СССР, например Украине, тоже были свои «гайдары». Однако поскольку там нет своих нефти и газа, то Украина вовсю торгует чернозёмом. Причём в таком количестве, в каком гитлеровцы во время оккупации не вывозили в Германию.

Следующее доказатель­ство. Сознательное сжатие денежной массы под видом борьбы с инфляцией путём сокращения спроса способствовало многомесячным задержкам зар­платы, пенсий, пособий, стипендий, а также ужесточению кредитной политики в отношении товаропроизводителей. В те годы коэффициент монетарности, т. е. степень денежного обеспечения ВВП (внутреннего валового продукта), был доведён до 12 процентов. Тогда как любому экономисту известно, что даже 50 процентов – это уже критический уровень. В условиях острейшей нехватки денег руководство предприятий расплачивалось продуктами, которые производили труженики: шинами, водкой, бельём, посудой и т. п. Возродилась средневековая форма торговли – бартер: товар обменивался на товар. Появились суррогатные деньги: «немцовки» в Нижегород­ской области, «росселевки» – в Свердловской (деньги по имени тогдашних губернаторов).

Далее. Егор Гайдар и его окружение провели ряд мер по сознательному уменьшению источниковой базы российского бюджета. В тот период оно отменило таможенные пошлины на вывоз необработанного сырья и на ввоз товаров зарубежного производства, аналоги которых изготовлялись в России, налоги на недвижимость и госмонополию на оборот алкоголя и табака. Последняя мера по отношению к народам России носила исключительно безнравственный характер, поскольку тогда началось массовое спаивание и табачное одурманивание населения, и особенно молодёжи.

Ещё одно. В результате либерализации внутреннего и внешнего рынка был демонтирован механизм протекционизма отечественной промышленности: от 50 до 75 процентов российского рынка в 90-е годы ХХ столетия были захвачены импортными товарами. Отток капитала за рубеж принял характер национального бед­ствия. За 20 лет рыночных реформ из России вывезено два трлн. долларов. В этом году, как сообщают открытые источники, ожидается вывоз на сумму до 90 млрд. долл.

Ну и последний пока аргумент. Именно под руковод­ством Гайдара в стране была начата масштабная приватизация промышленных предприятий, которая в народе получила название «прихватизация». Вместо, за редким исключением, эффективного собственника появился алчный до народного богатства предприниматель, который насколько было можно выжимал из предприятия всё, а затем бросал трудовой коллектив на произвол судьбы. Не раз из уст высших руководителей страны звучали нелестные слова в адрес частного бизнеса. Вспомним социально-экономическую ситуацию в г. Пикалёво (Ленинградская область), которую пришлось «разруливать» самому В. Путину. Одной из главных причин тяжёлого положения тружеников в Пикалёве президент назвал жадность соб­ственников и отсутствие социальной ответственности бизнеса. Как бы кто ни относился к советскому периоду, но все согласны: прежние руководители, что в Совете министров, что на предприятиях, рассматривали свою работу как служение стране, а не как кормушку, не как «хлебное место».

По итогам приватизации экономика страны прев­ратилась в «скопище» автономных предприятий разных собственников с противоположными интересами, лишённых в своих действиях какой-либо координации. Многие из них в результате такой экономической политики исчезли с промышленной карты России. Подобную участь испытали и многие предприятия Ярославской области: это «Полимермаш», «Холодмаш», завод синтетического каучука, кондитерские фабрики в Рыбинске и Ярославле и многие другие. Только благодаря личным усилиям ряда руководителей крупнейших заводов, таких как Т. Ахунов, В. Долецкий, Ю. Ласточкин, В. Воронов,

П. Шелкошвейн (в большин­стве своём руководивших предприятиями ещё с советских времён) и губернатора Анатолия Лисицына удалось сохранить флагманы россий­ской промышленности: ЯЭМЗ, ЯМЗ, «Рыбинские моторы», ТМЗ, ЯШЗ, комбинат «Красный Перекоп».

Читатель моих заметок может спросить: «А куда смотрел народ и почему он, по большому счёту, принял рыночные реформы?». Думаю, здесь сказались последствия мощной информационно-психологической войны по внедрению негативного отношения к советскому образу жизни. Такого рода деятели оказались и во многих властных структурах партийно-государственных органов. Не случайно с их приходом во власть вдруг начались по всей стране перебои то с одним, то с другим товаром, которые вылились в тотальный товарный дефицит. Следовательно, наряду с информационно-психологической войной была организована ещё и настоящая экономическая блокада потребительского рынка СССР с целью окончательной дискредитации социалистической экономики.

Почему я так утверждаю? А каких позитивных действий можно было ожидать от руководителей страны типа Горбачёва и Яковлева, если после ликвидации советской власти тот и другой официально заявили, что целью их жизни была борьба с коммунизмом и большевизмом?! Такого политического предательства со стороны выс­ших руководителей нашего государства не было за всю тысячелетнюю его историю. Я даже не могу привести подобного рода примеры и из мировой истории. Очень страшное испытание легло на плечи современных поколений россиян...

Далее, гайдаровцы сыграли на собственнических и предпринимательских струнках психологии человека. Выпуск приватизационных чеков (ваучеров), приватизация жилья, «челночество» (когда многие граждане, бросив свои рабочие места, занялись спекулятивной торговлей) – всё это вместе с вышесказанными причинами стало мощным отвлекающим моментом от всего негативного в жизни страны, что тогда наблюдалось в ходе рыночных реформ.

Конечно, сегодня лучше понимается многое из того, что произошло с нами в «лихие» 90-е годы. Не случайно наиболее одиозные фигуры рыночных реформ нынче отстранены из высших эшелонов власти (Чубайс, Кириенко, Греф, Авен, Илларионов, Нечаев, Немцов, В. Рыжков, Касьянов и др.). Слова «олигархи», «либералы», «демократы» – самые ругательные в лексиконе народа. Нынешнее государство по сравнению с ельцинско-гайдаровским периодом является более социальным и стремится участвовать в управлении экономикой наравне с частным бизнесом, а подчас и в большей степени.

Тем не менее о преодолении гайдаровского экономического курса говорить ещё преждевременно. Об этом свидетельствуют следующие факты: новая волна приватизации объектов государственной и муниципальной собственности, продолжающаяся коммерциализация высшего и среднего образования, здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства, вступление России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Так что, уважаемая Г. Мельникова, не переживайте: уроки рыночных реформ усвоены, поскольку наследники Гайдара живы и пока правят бал в нашей стране.

Читайте также
Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают