четверг 04

Тема дня
Открыт новый информационно-образовательный портал ЯРКИПЕДИЯ

21 ноября в сети Интернет начал работать новый информационно-образовательный портал по истории Ярославской области - «ЯРКИПЕДИЯ», на котором представлена самая разнообразная информация о событиях ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии






Люди ищут

на печать

Комментировать

четверг, 03 июля 2003

Смутного времени баловень

Имя Ивана Петровича Шереметева, ярославского воеводы в роковые для русской истории 1612 – 1613 годы, по какой-то странной иронии судьбы оказалось забытым в ярославском краеведении. А был он личностью уникальной.

 

В последние годы жизни (умер в 1647-м) Шереметев достиг всего, о чем мог только мечтать русский дворянин, находящийся на царской службе. Боярин, пользовавшийся большим почетом при дворе, он при венчании на царство Алексея Михайловича держал скипетр государя, а за обеденным столом у прежнего царя Михаила Федоровича занимал первое место, оттеснив князя Пожарского, легендарного спасителя России. И никто не вспоминал при этом, что в 1611 – 1612 годах именно Шереметев делал все возможное и невозможное, «чтобы Литва на Москве сидела».

Точная дата рождения Шереметева неизвестна. Был он старшим сыном новгородского воеводы Петра Никитича Шереметева и жены его Феодосии Борисовны, урожденной княжны Долгоруковой.

Первое упоминание нашего героя в документах XVII века относится к 1606 году, когда двадцатилетний Иван в чине стольника (один из нижних в придворной иерархии) подавал вино к столу Лжедмитрия I в день его свадьбы с Мариной Мнишек. Когда на московский престол в результате переворота взошел Василий Шуйский, два брата Шереметевы – старший Иван и младший Василий – не сумев ужиться с новоявленным царем, перебежали в стан к Лжедмитрию II. Так поступили многие русские дворяне, считавшие Шуйского незаконным правителем. Однако полная неразбериха, царившая в стане Тушинского вора, постоянные разбои и грабежи казачьей вольницы вынудили братьев Шереметевых склониться к более сильному правлению...

В 1611 году братья Иван и Василий Шереметевы, следуя примеру своего дяди Федора Ивановича Шереметева, влиятельного члена боярского правительства, присягнули королевичу Владиславу. Передача Москвы полякам вызвала бурю народного негодования. В марте 1611 года было сформировано первое народное ополчение Прокопия Ляпунова, князя Трубецкого и казачьего атамана Заруцкого. Ему не удалось овладеть Москвой, однако его отряды заблокировали город.

Утомленные долгой изнурительной осадой, в июне 1611 года Гонсевский и боярское правительство направили Ивана и Василия Шереметевых в подмосковный стан ополчения с особым заданием – убить Прокопия Ляпунова и внести разлад в ряды ополченцев. Прикинувшись своими, Шереметевы прибыли в стан и стали подговаривать казаков убить Прокопия Ляпунова, что они и сделали. Шереметевы призывали казаков идти захватывать Ярославль и Вологду, то есть пытались увести подальше от Москвы.

Подвиги их были замечены польским рыцарством, и поздней осенью 1611 года старший брат был послан думными боярами на воеводство в Кострому.

Зимой 1611 – 1612 годов обстановка на Руси напоминала пороховой котел, готовый вот-вот разорваться. Думные бояре, не в состоянии сдержать волну зверств и насилия, рассылали увещательные грамоты городам, убеждая остаться верными присяге Владиславу.

В 1612 году лидер второго народного ополчения Дмитрий Пожарский в своей грамоте объявил врагами русского народа ляхов и казаков. Для думных бояр, сидевших в кремлевской неволе и испытавших личное унижение, в такой же степени были теперь ненавистны и Сигизмунд с поляками, и Заруцкий с казаками. Однако в заложниках находились их семьи, и московское правительство разослало грамоты городам, в которых увещевало оставаться верными Владиславу, намекая на связь Дмитрия Пожарского со шведами. Это была попытка скомпрометировать лидера нового народного ополчения.

Но народ уже не верил боярским увещеваниям, и в феврале 1612 года началось триумфальное шествие второго ополчения по волжским городам. Везде Пожарского встречали с восторгом.

В это время костромской воевода Иван Шереметев вопреки настроениям большинства горожан остался верен присяге королевичу Владиславу. Он заявил, что не пустит нижегородское ополчение в город. Воеводу поддержало только меньшинство жителей Костромы – городская верхушка. Споры завершились открытым мятежом простых людей против своего воеводы. Молодого воеводу схватили и хотели убить... Помощь подоспела неожиданно от самого Дмитрия Пожарского. Учитывая всеобщее смятение умов, князь простил Ивана Петровича и предложил ему присоединиться к нижегородской рати.

Тотчас же по избавлении от неминуемой смерти Иван Петрович поспешил в костромской Успенский собор в придел святого Федора Стратилата и отслужил благодарственный молебен перед местной чудотворной иконой Федоровской Божьей Матери, образ которой издавна почитался в роду Шереметевых. Это была молитва раскаяния. С тех пор жизнь Ивана Петровича переменилась. Он приказал снять список (копию) с иконы, украсил ее жемчугом и впоследствии «благословил» ею своего дядю боярина Федора Ивановича Шереметева в Ярославле.

Пожарский согласно просьбе костромичей назначил нового воеводу и повел ополчение в Ярославль. В полках его рядом с Иваном Петровичем был младший брат Василий Петрович Шереметев, с которым, по-видимому, он не разлучался.

В Ярославль Шереметевы въехали в свите Пожарского как народные герои – спасители России. Ярославцы в начале XVII века знали имя Шереметевых. Еще в 1609 году боярин Федор Иванович Шереметев в ожидании князя Скопина-Шуйского собирал в районе Владимира и Ярославля народное войско для борьбы с Лжедмитрием II. По долгу службы Федор Иванович находился в постоянных отношениях с ярославским воеводой Силой Ивановичем Гагариным. Ярославцы, поддерживаемые Шереметевым, деятельно очищали от воров Ярославский и Ростовский уезды. В Ярославле имя Шереметевых даже стало своеобразным опознавательным кличем при тревогах. Как только враг появлялся вблизи города, они кричали «Шереметь!» и шли на бой с врагом.

Из Ярославля князь Пожарский разослал по городам известную грамоту с воззванием к всеобщему ополчению для освобождения Отечества. Под ней, помеченной 7 апреля 1612 года, стояли подписи обоих братьев Шереметевых: Иван Петрович «руку приложил» шестнадцатым, а Василий Петрович – девятнадцатым.

В Ярославле Иван Шереметев пользовался абсолютным доверием Пожарского, о чем свидетельствует его подпись на таком важном документе, как грамота городам. Конечно же, оба брата находились при князе, когда в Спасском монастыре заседало временное правительство – Совет всея земли, и не исключено, что принимали в работе этого органа активное участие.

Пожарский был настолько уверен в благонадежности Ивана Петровича, что, несмотря на недавнюю костромскую историю, оставил его в Ярославле воеводою. И он почти девять месяцев находился на этом ключевом посту; с конца июля 1612-го – момента выхода народного ополчения из Ярославля на освобождение Москвы – до 16 апреля 1613 года – торжественного выезда новоизбранного государя Михаила Романова из Ярославля в столицу.

Во время осады Пожарским Москвы Ярославль оставался важнейшим тыловым городом, прикрытием ополчения с севера. Совершенно очевидно, что на долю ярославского воеводы Ивана Петровича Шереметева выпали снабжение народного войска всем необходимым, связь с другими волжскими и северными городами. На такой важнейший пост Пожарский не мог поставить случайного, ненадежного человека.

Следующее упоминание ярославского воеводы Шереметева в русской истории мы встречаем в феврале 1613 года, когда посольство Земского собора, возглавляемое думным боярином Федором Ивановичем Шереметевым, остановилось в Ярославле на пути в костромской Ипатьевский монастырь к новоизбранному государю Михаилу Романову. По свидетельствам документов XVII века, ярославский воевода вышел навстречу посольству и преподнес старшему послу, своему дяде, чудотворную икону Федоровской Божьей Матери с надеждой, что она спасет Россию, как уже спасла самого Ивана Петровича Шереметева в Костроме.

На долю Ивана Шереметева выпала и торжественная встреча царской процессии 21 марта 1613 года на пути из Костромы в Москву. Теплая, любвеобильная, она перевесила чашу сомнений юного Михаила Романова, и из нашего города он отправил первую грамоту Земскому собору, в которой извещал о своем согласии стать царем.

В Ярославле царская процессия задержалась из-за весенней распутицы почти на месяц. Когда 16 апреля 1613 года наконец выехала из Ярославля в Ростов, к ней присоединился и Иван Петрович Шереметев. На этом кончается его воеводская служба в Ярославле и начинается новый, блистательный период жизни при царском дворе. Веря в чудотворную харизму своего племянника, Федор Иванович Шереметев посылает его в Москву первым известить о приближении нового царя. Карьера Ивана Петровича Шереметева стремительно пошла вверх.

Дмитрий КШУКИН, научный сотрудник музея истории города, член ярославского Шереметев-центра.

Читайте также
Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают