среда 29

Тема дня
Памятник Ленина в Ярославле: пять лет в ожидании пьедестала

Памятник Ленину в Ярославле был открыт 23 декабря 1939 года. Авторы памятника - скульптор Василий Козлов и архитектор Сергей Капачинский. О том, что предшествовало этому событию, рассказывается в публикуемом ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии






Люди ищут

на печать

Комментировать

суббота, 15 октября 2011

Наш «Локомотив» мы будем помнить всегда

Завтра исполняется сорок дней, как Ярославль живёт без своей любимой команды «Локомотив»

Ярославцы восприняли трагедию, произошедшую 7 сентября, как личное горе. Сегодня мы вспоминаем тех, кого нет больше с нами, любимых спортсменов, членов экипажа Як-42, всех, кто был на борту самолёта и ушёл в вечность.

автор Екатерина ЕРМОЛОВА, Георгий КОЛЧИН    фотограф Ирина ПИЧУГИНА

 

Пережить горе можно только вместе

Трагедия отпечаталась в сердцах тех, кто видел её собственными глазами. Жители Туношны навсегда запомнят, как, увидев хоккейную форму среди дымящихся обломков упавшего самолёта, с ужасом поняли: «Локомотива» больше нет.

В посёлке все давно привыкли к звукам взлетающих и садящихся самолётов – когда слышишь их ежедневно, просто перестаёшь замечать. Но тогда, 7 сентября, услышав неестественный для самолётного двигателя гул, многие жители Туношны поняли: беды не миновать. Оглушительный взрыв и огромное облако чёрного дыма подтвердили страшную догадку, и все жители, от мала до велика, побежали к месту аварии. Сначала все растерялись – страшно было подходить к самолёту, ведь горели земля и вода, продолжались взрывы.

Но вдруг кто-то начал выкрикивать указания, пытаться организовать бежавшую толпу и предотвратить панику. Это был Владимир Трофимов, главный специалист ГО и ЧС администрации Туношенского поселения. Он – человек военный, многое в жизни повидал. Но признался нам, что такого ужаса ещё никогда не испытывал.

– Когда я прибежал, уже подоспела «скорая» из нашей больницы, – вспоминает Владимир Сергеевич. – Вдруг среди шума людских голосов и взрывов я услышал, как стонет человек. Мы вместе с Наташей, фельдшером из больницы, нашли его и погрузили на носилки. Я задавал ему вопросы, но он не отвечал, лишь смотрел немигающими глазами. Только гораздо позже я узнал, что это и был тот самый инженер, оставшийся в живых, Александр Сизов. Теперь мечтаю увидеть его, просто пожать ему руку... Нужно было действовать, но вокруг всё горело, было некуда ступить. Один майор полиции, я даже имя его не спросил, здорово нам помог – выводил людей, которые мешали проезду транспорта. А я вместе со спасателями вытаскивал погибших. Было страшно смотреть на искалеченные тела даже мне, видавшему виды бойцу. Когда мы вытащили весь экипаж и половину хоккеистов, я вдруг понял, что больше не могу, нервы не выдерживают. Развернулся и пошёл обратно в посёлок, ничего не слыша и не видя перед собой...

Заведующая местной столовой Надежда Климова вспоминает:

– Сначала мы не поняли, что случилось. Я думала, дом наш горит, он как раз в той стороне находится. А когда узнали, плакали все и очень долго не могли поверить, что нашей хоккейной команды больше нет. Но пришлось взять себя в руки – приехали спасатели, работники МЧС, УВД, и всех надо было накормить. Пришлось работать всю ночь, но никто из моих сотрудников и слова поперёк не сказал. Мы понимали, что ребята-спасатели делают своё дело, а наше дело – помочь им.

С трудом сдерживая подступающие слёзы, о событиях, произошедших вечером 7 сентября, вспоминает директор Туношенской средней школы Светлана Балкова, которая вскоре после взрыва вместе со всеми бежала к месту трагедии:

– Я в числе первых добралась до этого места, но оставаться там было просто небезопасно, да и сделать я всё равно ничего не смогла бы. Придя домой, я переоделась и собралась идти помогать, но даже не знала, кому и чем. Но сложа руки сидеть не собиралась. Тут мне позвонил глава нашего района и сказал: «Будем организовывать штаб в школе». Я вздохнула с облегчением – нашлось дело. Нужно было подготовить здание для встречи родственников погибших, фанатов и всех, кто мог приехать.

В школу сразу пришли мест­ные ребята – им тоже хотелось помочь. Вынесли на улицу телевизор, лавочки из спортзала, повесили флаг «Локомотива». Из города вскоре потянулись фанаты, которым хотелось быть поближе к любимой команде. Прямо на улице до поздней ночи смотрели новости, вспоминали ребят из команды. Так вместе переживали этот ужас. Ведь не было в Туношне семьи, которая не болела за «Локомотив». Да и как можно было не болеть, ведь игроков здесь многие знали лично – они часто были судьями, когда сельские хоккейные команды играли между собой, приезжали в гости. А Саша Галимов был совсем родным – провёл всё детство в соседней деревне. Все с нетерпением ждали каждого следующего хоккейного сезона, потому что знали – наши ребята уж точно покажут класс.

– Часов в девять вечера стали приезжать родные и близкие хоккеистов. Они были такие подавленные, многие не могли даже вспомнить свои фамилии, – дрожащим голосом рассказывает Светлана Евгеньевна. – В тот момент было сложно не впасть в истерику и не начать плакать, ведь я должна была поддержать их, вселить надежду... Очень хотелось сделать для этих людей всё возможное, ведь если для меня это событие стало личной потерей, то каково было родственникам, даже представить невозможно.

А ночью в спортивном комплексе рядом со школой принимали спасателей-водолазов, которые были настолько уставшими, что просто падали на матрасы и тут же засыпали. Их ни о чём не спрашивали – не хотелось тревожить, да и ясно было, что хороших новостей нет.

Всем тем, кто принимал активное участие в ликвидации аварии, позже вручили благодарственные письма и грамоты губернатора. Но жители Туношны в один голос говорят: старались ведь не за награды, делали всё по велению души. Ведь знали – так надо!

Мужчины

не стыдились слёз

Четырнадцать хоккеистов «Локомотива» похоронены на Леонтьевском кладбище. Каждый день сюда приходят ярославцы, чтобы почтить их память.

С Евгением, работником Леонтьевского кладбища, ступаем на дорожку, усыпанную жёлтыми листьями. Он провожает до места, где похоронены хоккеисты «Локомотива».

– Только я к могилам подходить не буду. Очень жалко ребят. Не могу, вот здесь ком стоит, – прикладывая ладонь к груди, говорит мужчина. На глаза его наворачиваются слёзы, и дальше мы идём молча.

– Такая команда была! Я ведь за ней следил, когда она ещё «Торпедо» называлась, – заговаривает вновь мой провожатый. – Одно время на моторном, там я отработал тридцать лет, билеты на матчи бесплатно выдавали. Ни одной игры не пропускал. Потом и на «Арену» ходил. Помню тройку нападения «Локо»: Вашичек, Иргл и Яшин. Вашичек всем нравился, но особенно молодёжи. Они на трибунах так его поддерживали...

Траурные венки, чёрные ленты которых безжалостно треплет осенний ветер, и горы цветов. Над ними – кресты. Люди подходят к могилам, кто-то крестится, кто-то склоняет голову и тихо скорбит.

Студентке педагогического университета Екатерине Денисовой о гибели команды по телефону сообщил брат:

– Как только услышала его печальный голос в трубке, поняла: что-то случилось. В это время в коридоре нашего общежития поднялся какой-то шум. Там уже знали о трагедии. Все куда-то звонили, что-то спрашивали друг у друга: никто не верил в гибель команды, – рассказывает девушка, поправляя шарф «Локомотива» с надписью: «Помним! Любим! Скорбим!» – И сегодня мне не верится, что их больше нет. Плакаты хоккеистов в моей комнате. Ребята будут живы, пока о них помнят. Для меня Вашичек навсегда останется в памяти таким драчуном, но победителем и талантливым хоккеистом. Я очень сильно переживаю...

Услышав последние слова Екатерины, к нам подходит девушка и неожиданно вступает в разговор:

– Они были бы против, что все ходят и так переживают. Вы вспомните, какие они были жизнерадостные ребята. Я работаю в ресторане «Техас», и там бывали игроки «Локомотива». С некоторыми из них я лично была знакома. Помню, как Иван Ткаченко рассказывал с улыбкой, что всегда будет играть в Ярославле и ни за какие деньги не перейдёт в другой клуб. Помню, как радовался Александр Галимов, что подписал контракт с «Локомотивом», – говорит Виктория Мизецкая.

Мужчины еле сдерживают слёзы, передать боль словами не могут. Молча кладут на могилы цветы и тихо уходят. Молодые ребята растерянно стараются что-то сказать:

– Не верю... Мне кажется, что ни один из них не умер, а просто вся команда улетела в другую страну на очередной предсезонный сбор, чтобы подготовиться к чемпионату, – с отчаянием и паузой в несколько секунд выговаривает слова Владимир, студент одного из ярославских вузов. – Иногда мне кажется: они вернутся, и мы будем снова ходить на стадион, восхищаться их игрой и брать после матчей автографы. И всё будет как прежде.

Читайте также
  • 08.12.2012 Сыграют за сборную Три хоккеиста ярославского «Локомотива» получили приглашение в первую сборную страны
  • 07.09.2012 Мы все верны единственной команде... Тот день был ясным и солнечным. В Ярославле проходил Мировой политический форум – и ничто не предвещало трагедии. Около половины пятого вечера информационные
  • 15.10.2011 Они, как стая птиц, взлетающих на небеса Елена ПАСХИНА, скульп­тор, заслуженный художник России, лауреат премии имени А. М. Опекушина: – Переживаю трагедию прежде всего как мать двоих взрослых сыновей.
  • 21.10.2006 Лобовое столкновение с НХЛЯрославский регион возглавил дело борьбы российского хоккея за свои права. История с Алексеем Михновым и Андреем Таратухиным достигла пика после того,
  • 05.09.2006 От сборной этого не ждали... От «Локо» – не дождались Минувшие выходные выдались богатыми на хоккейные события. Все они так или иначе затрагивали Ярославль, поскольку в Чехии выступала сборная России, укомплектованная
  • 29.08.2006 «Локомотив» идет в народСын Дмитрия Красоткина – вратарь, Бред Хауэр – счастливый отец двух дочерей, Ивана Непряева с некоторых пор в команде зовут «доцент», а Евгений Артюхин
Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают