вторник 06

Тема дня
Памятник Ленина в Ярославле: пять лет в ожидании пьедестала

Памятник Ленину в Ярославле был открыт 23 декабря 1939 года. Авторы памятника - скульптор Василий Козлов и архитектор Сергей Капачинский. О том, что предшествовало этому событию, рассказывается в публикуемом ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии





Люди ищут

на печать

Комментировать

понедельник, 01 сентября 2003

Одиссея полковника медслужбы

Войну Дмитрий Афанасьевич провел за операционным столом. Вернее сказать, их было много: одиссея Корзина пролегла через Москву, Ленинград, Минск, Смоленск, Калугу... Корзин не понаслышке знал о страшных днях отступления и голоде в блокадные дни Ленинграда, мерзавцах, наживавшихся на чужом горе, и людях с чистой совестью.

автор Владимир ШИРЯЕВ.

 

Долгие годы Дмитрий Афанасьевич возглавлял хирургическое отделение в Ярославском гарнизонном госпитале. Папа Сенкевича В 1936 году Дмитрий Корзин, окончив в Ярославле школу имени Подвойского, поступил в Военно-медицинскую академию в Ленинграде. – Был сталинским стипендиатом, – вспоминает Дмитрий Афанасьевич. И быть бы полковнику медицинской службы сегодня если не академиком, то профессором, но жизнь распорядилась иначе. – Мне на второй день войны было суждено отправиться на фронт. Место службы – Центральное направление, район Минска. Распределили Корзина старшим врачом танкового полка. Полк отступал от границы с боями. Был сильно потрепан. В конце июня оказались в Калуге. И началась неразбериха. Дивизию переформировали, но трем врачам приказано было прибыть в Ленинград, откуда месяц назад Корзин уехал. Но состав застрял под Бологим. Пути разбомбили фашисты. – Штаб 8-й армии находился в Таллине. Мои спутники отбыли туда. Я, как выяснилось, был крайне необходим на сортировке раненых, которые прибывали нескончаемым потоком. Это спасло мне жизнь. Вскоре Таллин был отрезан. 8-я армия попала в мешок. ...В январе сорок второго санотдел фронта решил в Лебяжьем организовать госпиталь на тысячу коек. Старшим хирургом назначили Сенкевича. Затем Александр Осипович стал начмедом. Сдружились, жили в одной комнате. Разве я мог знать тогда, что этот кристально честный и порядочный человек вырастет до начальника медслужбы Военно-медицинской академии, а мне предстоит замолвить слово за его сына Юру при поступлении того в одну серьезную организацию. Что он станет известным телеведущим, участником экспедиции Тура Хейердала. А с Александром Осиповичем мы дружили вплоть до его смерти. Голод – названье ему До января сорок четвертого жизнь военврача Корзина мало чем отличалась от судеб блокадников. Последний раз поел досыта 8 ноября сорок первого года, в свой день рождения. Хотя в армии получали 300 граммов хлеба и приварок: воду с крупой да манную кашу на блюдечке, к январю сорок второго Корзин был истощен. Редкие случаи, когда удавалось поесть, запомнились на всю жизнь: лечил начальника службы тыла от гонореи, а тот привез с собой царскую еду – буханку мягкого белого хлеба и три плитки шоколада. – И все же наше положение не сравнить с голодом, на который были обречены блокадники. Расскажу об одной страшной картине, – говорит Корзин. – Как-то выехал в очередную командировку в Ленинград. По пути к месту назначения решил пройти по улице Толмачева. Подхожу к одному из домов, смотрю, на подоконнике лежит труп, девочка лет четырнадцати – одни кости и огромная коса. Захожу в магазин, где раньше находилась булочная. На полке четыре буханки черного хлеба. В зале три человека: женщина, закутанный в шаль ребенок и мужчина. На нем дорогое пальто с меховым воротником, но уже изрядно поношенное, как и его владелец. Одежда висит на исхудавшем теле, как на вешалке. Когда продавщица отрезала по сто двадцать пять граммов женщине и девочке, пришлось добавить к ним маленький довесок. При таком мизерном весе хлеба кусочков иногда отрезалось несколько. И в этот момент интеллигентный мужчина хватает довесок, сует в рот и кричит: «Бейте меня, бейте! Я негодяй. Но я не могу больше!..» Мне, повидавшему во время операций всякое, стало плохо, и я выскочил из магазина, запомнив на всю жизнь, что может сделать голод с человеком. Иду под впечатлением только что увиденного в магазине. Слышу, окликают: «Дима!» Знакомая по весне сорок первого года. Кругленькая, губки подкрашены – лицо сытого человека. «Мою квартиру разбомбили, – говорит, – я живу поблизости, с мамой». И ведет к тому самому дому, где лежит мертвая девочка. Квартира на первом этаже. Тепло, что в промерзшем городе крайняя редкость. Мама хлопочет на кухне. Накрывают на стол. Не верю глазам – первое и второе! И это там, где съели собак и кошек. Выясняется, она имеет прямое отношение к документам на пайки. Да ее приятель, старшина, с продовольственного склада кое-что приносит. Судя по набитым добром чемоданам, здесь не бедствуют. Пробираюсь сквозь заграждения в академию. И вдруг вновь меня окликают: «Геноссе Корзин...» Голос как из могилы. Мелкими шажками едва передвигается женщина, закутанная по глаза в платок. С трудом в исхудавшем лице узнаю черты преподавательницы немецкого языка, у которой учился в академии. Все эвакуировались в Самарканд, она осталась. Не предполагала, что будет блокада. Стал судорожно искать в карманах остатки сухого пайка. Сунул женщине несколько кусочков сахара, галету. В ее глазах стояли слезы... Позже узнал, что она умерла. Мой сахар ее не спас. Минута до выстрела – Когда фашисты отрезали Таллин, спокойно жить не довелось и нам, оставшимся в медсанбате, приходилось часто менять места дислокации. Нашли здание, где раньше располагалась морская пехота. Лучшего места для медсанбата не придумать. Но как туда добраться? В те дни никто не мог толком сказать, где наши, где немцы. Поэтому двигались осторожно. В кузове каждой автомашины автоматчики. Я ехал в кабине первого грузовика, сверяясь с картой. Путь лежал на так называемую заставу. Стемнело. Вдруг навстречу камуфлированная машина. Вот-вот врежется в нас. Расцветка как у фрицев. Встала. Из нее вылезает кто-то с незнакомыми золотистыми нашивками, за ним еще и еще... Кто здесь может быть? Только немцы. Мигом достаю пистолет, готовлю к стрельбе. Автоматчик проделал то же самое. Подходят ближе. Мать честная! Командующий Военно-Морским Флотом СССР Н. Г. Кузнецов с охраной. А меня бьет нервная дрожь. Еще минута, и мы бы застрелили адмирала флота. Как выяснилось, на заставе у него был командный пункт. На грани гибели – Моряков из 55-й бригады морской пехоты, оборонявшей Ораниенбаумский плацдарм, фашисты называли «черной смертью», – вспоминает Корзин. – Во время разведки они захватили трех фрицев, ехавших на мотоцикле: обер-лейтенанта, ефрейтора, видимо денщика, и водителя. При пленении их обстреляли. Немцев ждали в разведуправлении фронта в Ленинграде. После оказания медпомощи (они были ранены) меня и старшину из СМЕРШа отправили с ними в Ленинград. Погрузились в баржу, забитую ящиками с боеприпасами, орудиями и солдатами артдивизиона. Тянул нас за собой хилый буксир. Его подали ночью. До рассвета он дошел до траверса Петергофа. Мало того что был встречный ветер и нас сносило назад, так фашисты поставили орудия на прямую наводку и раздолбили баржу. Стало заливать трюм. Вспыхнул пожар. Появились раненые. Хотя буксир не обстреливали, там обрубили конец и бросили баржу на произвол судьбы. Вскоре она села на мель. Люди стали прыгать с палубы и спасаться вплавь. Вдруг появился катер с пулеметом. Ну, думаю, сейчас положит всех. На счастье, катер оказался нашим. Меня, старшину и фрицев моряки взяли на борт – и в Питер! Оказались мы в Центральном парке культуры и отдыха имени Кирова у моряков. Те дали автомашину, и старшина увез пленных. Обратно доставили те же морячки. Когда в порту выписывали документы, я спросил про команду буксира. «А их расстреляли», – был ответ. Встреча с Василием Сталиным – В сорок седьмом году отбирали на два года учебы в клинику профессора Куприянова Военно-медицинской академии Ленинграда, – рассказывает Дмитрий Афанасьевич. – Выпускники после окончания учебы получали престижные должности. Помню, приехал распределять генерал Волынкин. Посмотрел мое личное дело. И говорит ласково: «Мы вас будем рекомендовать в столицу. Армейским хирургом войск ПВО Московского военного округа. Вы знаете, что ими командует генерал-лейтенант Василий Сталин? В понедельник отправитесь туда и представитесь командующему». Смотрю, стоит группа генералов. Василий что-то им объясняет. Полковник доложил о моем прибытии. Генерал поздоровался, извинился, что сейчас не сможет поговорить, поскольку уезжает в войска. Дает команду полковнику: «Устроить доктора. Через семь – десять дней я вернусь. Встретимся». Но не суждено было. – Очень хотел побывать дома, в Ярославле. Меня отпустили. Приезжаю домой, и вдруг... Еще в академии у Корзина началось язвенное кровотечение. И тут случилось что-то похожее. Положили в гарнизонный госпиталь. – Дали в Москву телеграмму, что такой-то не может явиться. Больше там я и не был. Может, к лучшему. Узнал я потом, что человек, оказавшийся на этой должности, через два года спился. Мы провели с Дмитрием Афанасьевичем несколько незабываемых часов. Рассказать ветерану было о чем. Об одном умолчал скромный человек – о наградах. У него два ордена Красной Звезды, ордена Боевого Красного Знамени и Великой Отечественной войны и медали.

Читайте также
  • 24.11.2012 Ярославскую почту возглавил Иван Сорока В управлении Федеральной почтовой службы по Ярославской области приступил к работе новый начальник – Иван Сергеевич Сорока. Он сменил на этом посту
  • 22.11.2012 Ярославскую почту возглавил Иван СорокаВ Управлении Федеральной почтовой службы по Ярославской области приступил к работе новый начальник - Иван Сергеевич Сорока. Он сменил на этом посту Андрея Александровича Слащева.
  • 27.01.2012 Жила-была седая девочка... Это произошло 27 января 1944 года – дата на сей раз не круглая, но для всех блокадников – в их числе и Людмила Петровна Верхова (тогда Смирнова)
  • 03.09.2010 Помним подвиг блокадников Каждый год 8 сентября в памятный день начала блокады Ленинграда большесельцы выезжают в село Благовещенье. Там похоронены блокадники, эвакуированные сюда в годы войны.
  • 28.01.2010 Звонил колокол, пламенели гвоздикиВчера панихидой «за упокой души воинов, на поле боя убиенных, и всех в годы блокады погибших» у стелы с надписью «Вечная память жертвам
  • 27.01.2010 Геннадий Иванов спасал ЛенинградСегодня День снятия блокады Ленинграда. В числе тех, благодаря кому было разорвано, а 27 января 1944 года полностью уничтожено страшное кольцо, был уроженец
Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают