среда 08

Тема дня
Памятник Ленина в Ярославле: пять лет в ожидании пьедестала

Памятник Ленину в Ярославле был открыт 23 декабря 1939 года. Авторы памятника - скульптор Василий Козлов и архитектор Сергей Капачинский. О том, что предшествовало этому событию, рассказывается в публикуемом ...

прочитать

Все новости за сегодня

Видео
Управление
Вопрос дня
Как Вы считаете, две российские революции 1917 года - это
Фото дня DSCN5136 (2).jpg

Все фотографии






Люди ищут

на печать

Комментировать

суббота, 27 декабря 2003

Путешествие Метелицы

Есть люди, чей внутренний возраст – возраст души – неподвластен времени. Они добиваются высочайших вершин на выбранном ими пути, о ступенях их профессионального роста свидетельствуют звания, регалии и награды, они становятся примером для подражания, кумирами. Но при этом, стоит заговорить с таким человеком запросто, накоротке, все заготовленные реверансы отпадают. Потому что тут же начинает казаться, что все эти чины-звания-награды – сами по себе,

автор Лариса ДРАЧ.

 

а твой собеседник – вот он, с азартными горящими глазами, с юношеским громадьем планов – сам по себе. Специальный корреспондент ИТАР ТАСС по Центральному региону России Сергей Иванович Метелица как раз из таких. Недавно указом Президента России ему присвоено звание заслуженного работника культуры, что и послужило официальным поводом для встречи. – Как писали в таких случаях в старину, «во первых строках моего письма...» Короче, со званием вас, Сергей Иванович! Как пережили момент славы? – Какой момент? – Ну, славы, официального признания и так далее. – Меня это так мало волнует, что если бы не заговорили, то я бы и не вспомнил. Звания же даются не вдруг: готовятся документы и все такое. Так что неожиданностью для меня сие событие не было. Приятно, не скрою, но не более того. Весь этот официоз больше связан с амбициями ТАСС, а я там проработал больше 30 лет. За эти годы Сергей Метелица отщелкал не один километр фотопленки, освещал события всех партийных съездов, начиная с XXIV и кончая XXVIII, снимая десятки стартов космических кораблей с космодромов Байконур и Плесецк, фотографируя с расстояния, допустимого лишь для военных специалистов космодромов. Если бы кто-нибудь нарисовал такую картину карьерного взлета перед Сергеем Метелицей лет сорок назад, он бы ни за что не поверил. Да и не мечтал он ни о каком фотоделе в детстве. Хотелось, конечно, как каждому мальчишке, иметь собственный фотоаппарат, но семья была бедная, и второй аппарат – первый был в полном распоряжении брата – считался роскошью. И удалось реализовать это желание Сергею Метелице только в армии. – Вот подкопил я денежек... – Постойте-постойте! Как это вы в армии умудрились состояние сколотить? – А я получал 11 рублей 30 копеек в месяц, большая сумма по тем временам. Из двух с половиной тысяч призывников в погранвойска отобрали пятнадцать самых лучших (по аттестатам) и стали учить на шифровальщиков. А это была офицерская должность. Так вот, накопил я денег, долго выбивал их в финчасти (требовали объяснительную, зачем мне вдруг понадобилась такая огромная сумма) и купил свой первый «Зенит». За 140 рублей. Потом искал аптеку, что в маленьком поселении Зайсан на границе с Китаем было само по себе непросто, выписывал там реактивы и «химичил» в коптерке по ночам – печатал свои первые фотографии. Эти снимки, еще черно-белые, – портреты сослуживцев, жанровые зарисовки, пейзажи – до сих пор хранятся в «давешних времен» альбоме – основательно тяжелом, бархатном, с потертыми уголками. Там же – и первые публикации в газетах «Часовой Родины» и алма-атинской «Ленинской смене». Датированы они 1966 годом. Вот что бы вы мне ни говорили, а все или почти все в нашей жизни решает случай. Так и в жизни Сергея Метелицы случайная встреча с корреспондентом из газеты «Часовой Родины» определила всю его дальнейшую судьбу. Проговорили ночь до утра, посмотрели, как это обычно случается, альбом с фотографиями. Только вот попросил тот корреспондент несколько снимков, на всякий случай. А потом на имя рядового Сергея Метелицы пришло письмо с публикацией в газете и весьма солидный гонорар – рублей 20. Через полгода его перевели в Алма-Ату работать в газету. С фотоаппаратом объездил все заставы, намотал тысячи километров по Памиру, Тянь-Шаню, Горному Алтаю. Судьба окончательно определилась: после дембеля поступил в Казахский университет на факультет журналистики, а не на радиоастрономию, как мечтал в первые годы службы. Вскоре последовало еще одно приглашение – Сергей Метелица стал корреспондентом Казахского агентства ТАСС. Так, в 24 года он стал правительственным фотографом. Много снимал Брежнева, Леонид Ильич очень любил приезжать в те края. Кстати, с Брежневым связана и одна история, которую Сергей Метелица помнит и сейчас. – Получил задание снимать Брежнева. В первый раз. Приехал в аэропорт, от волнения руки дрожат. Отщелкал что полагается, примчался в редакцию – надо же срочно в номер сдавать! – начинаю перематывать пленку, а пленки-то и нет. Забыл зарядить от волнения. – И как же вы выкрутились? – Случайно. Коллега попросил проявить его пленку заодно с «моей». Карта путешествий и коман-дировок Сергея Метелицы если еще и отличается от карты мира, то уже очень незначительно. Несколько раз был командирован в «горячие точки» в расположении международных миротворческих сил в Боснию и Косово. В Боснию летел на втором борту одним из первых. Однажды – это уже случилось в Косово – при посадке вертолета был такой сильный боковой ветер, что их чуть не сдуло с полосы... – Неужели вы ничего не боитесь? Оправдан ли этот риск ради нескольких снимков в газете? – Да мне как-то и в голову не приходило. Надо значит надо. За эти годы Метелица вел репортажи из Германии, Италии, Франции, Австрии, Финляндии, Монголии, Чехии, США, Сенегала, Дании, Гвинеи, Исландии, Ливана, Египта, Сирии... Это только те страны, которые он вспомнил навскидку. Но, пожалуй, самым ярким впечатлением стало участие в экспедициях, организованных известным путешественником Дмитрием Шпаро. Первая – по четырем океанам, прошли более тысячи километров вдоль восточного побережья Африки на яхте «Апостол Андрей», то и дело спасаясь бегством от самых настоящих пиратов. Второе путешествие – с рюкзаком за плечами, уникальный лыжный переход через вечные льды Гренландии. – У вас настолько хорошая физическая подготовка? – Да какая там подготовка! Вот ребята, те действительно готовились к переходу года два. Но и у нас все было по-настоящему. Забросили на ледник, рюкзак килограммов 35, лыжи... – Аппаратура... – Да, она тоже весит немало. Там, в Гренландии, неприятный случай со мной произошел. В трещину провалился. – ?! – Закат был очень красивый. И я один, с рюкзаком, без лыж, ушел его снимать. Расщелину было совершенно не видно под снегом, и понял, что произошло, только тогда, когда застрял в ней благодаря рюкзаку. Выкарабкался как-то. Но зато мой проступок имел последствия. Нас стали отпускать только парами, да еще и в связке. – Вы никогда не пытались подсчитать, сколько кадров отщелкали за эти годы? – Прикинуть можно только по принятым в ТАСС снимкам. Их было примерно 350 в год, вот и умножьте на сколько там... 35, 40 лет. – Четырнадцать тысяч получается. – Что-то отбраковывалось. У нас даже такая строка в отчете была – «процент брака». Очень жесткая система, естественно, все старались свести этот процент к минимуму. – А на что он влиял, этот процент? – Как на что? На место в рейтинге. Нас работает человек 30, так что конкуренция была очень сильная. – И каковы были ваши успехи? – Лет двенадцать я был первым в этом рейтинге. – Но кроме морального удовлетворения лидерство что-нибудь давало? – Ежеквартальную премию. И, главное, возможность просить, а то и требовать интересующих тебя командировок. Именно так я побывал на Сахалине. Очень мне хотелось на Курилы, ну просто ужас как. Выпросил командировку на десять дней. А до Сахалина только три дня добираться. Пришел в обком партии – так и так, говорю, как бы мне на Курилы попасть? Невозможно, отвечают, по месяцу люди оказии ждут. Но подсказали: есть такая контора, типа зарубежной рыбинс-пекции, она следит за выловом японскими сейнерами крабов, вот с капитаном, может, договоритесь. Только у него пароль один – две бутылки водки. Запасся я очень дорогим «пропуском» в буфете обкома – и к нему. Капитан, как увидел, сразу руками замахал: все знаю, ничем не могу помочь. «Ну и ладно, – отвечаю, – мне тут в одно место надо, не идти же туда с водкой. Я ее лучше у вас оставлю». Сработало. Через три дня мы вышли в море, в сторону Курил. «Тебе куда надо-то?» – спрашивает. Показываю в противоположную от маршрута сторону – на остров тюленей. А туда вообще близко подходить нельзя, даже самолеты огибают это место, чтобы не было звуковой волны. Но надо – значит надо. В километрах 15 от острова бросили якорь, и на веслах до острова. Весь остров – метров 200 на 800. И скопище тюленей, львов, стаи гагар. Все орут. Вонь стоит жуткая и вой. «Тебе часа три хватит? – Более чем!». И тут туман опускается, руки не видно. Пришлось ночевать на острове. Снимали уже утром, когда все сроки командировки истекли. Но меня от заслуженной «порки» спас... тайфун. Он как раз где-то зарождался около берегов Японии, я сразу отбил телеграмму в ТАСС: не можем выйти в связи с тайфуном. И еще на пару недель там «завис». – Вы не пытались прикинуть, сколько у вас оседлой жизни, а сколько уходит на разъезды? – По-разному. Но если раскидать, то недели две из месяца точно в командировках. – Полгода, то есть, получается. Вахтовый метод. Ярославль стал «штаб-квартирой» для Сергея Метелицы с декабря 1974 года. С тех пор он – специальный корреспондент ИТАР ТАСС по Центральному региону и Северо-Западу. – Вот вы в начале нашего разговора упомянули вскользь, что планов – громадье. Приоткройте хоть кусочек от этого громадья. – Книгу еще одну задумали с Мариной (жена Сергея Метелицы, корреспондент «СК» Марина Шиманская – авт.) подготовить. Но об этом заранее не говорят. Как планеты сойдутся, как карта ляжет... – А сколько всего было книг? Я знаю про трехтомник «Храмы и монастыри Ярос-лавской области»... – Мои фотографии вошли в книгу Дмитрия и Матвея Шпаро, написанную по дневниковым записям путешествия в Гренландию, есть альбом «Рыбинск», есть совместный проект с немецким фотографом – он снимал в Ярославле, я – в Касселе, снимки так и идут вперебивку, без подписи. Но «Храмы и монастыри Ярославской области» – это вся наша жизнь. Выход этого издания – выше всяких наград, и выше уже ничего не будет. – Вы долго ее готовили? – Всю предыдущую жизнь, с рождения. Нужно было вырасти духовно, подняться до уровня этой работы. Иначе бы просто материал не пустил. Я же долгое время был атеистом, а подобная работа неверия не допускает. Судьбоносной ступенью моего роста стала в этом плане моя встреча со Старком, близкое знакомство с архиепископом Платоном. И когда Юрий Ласточкин озвучил эту идею, мы просто оказались к ней готовы. Чего стоил Сергею Метелице и Марине Шиманской выход этой книги – знают только они. Сначала идея подобной энциклопедии казалась просто невозможной. По каждому объекту – несколько источников, зачастую противоречащих один другому, датировка разнесена по времени. Почва была настолько зыбкой, что единственно правильным решением показалось авторам включение всей возможной информации по поводу каждого храма. Несколько лет будильник поднимал Марину и Сергея еще до первых петухов. В музеях, архивах, встречах, сверке источников проходили все вечера и выходные. Основную работу никто не отменял! Для съемок всех возможных церквей и монастырей Сергей Метелица «налетал» на вертолете, снимая без страховки, более 250 часов, зависал над каждым храмом, выискивая наиболее выгодный ракурс. «Бензин подвозили цистернами, – кратко комментируют авторы технические трудности при подготовке издания. Но они едины в мнении: «Этот трехтомник – вся наша жизнь. И это наше звание». – Раньше, до встречи с Сергеем, – говорит Марина Шиманская, – мне казалось, что Ярославль – это большая деревня. Теперь же географические просторы «деревни» явно расширились до России. И это как минимум. С кем бы Сергей не завел случайный разговор, непременно выяснится, что или есть общие знакомые, или он работал в тех местах. Он ли знает всех, его ли все знают – уже и не разберешь. Но это факт. А я так думаю, что эту гипотетическую «деревню» можно продлить и в сторону Африки, и в сторону Гренландии... всюду, где побывал за сорок лет карьеры с фотокамерой Сергей Метелица. Возможно, в скором времени, «околица» еще отодвинется и впустит в свои владения Австралию и полумифическую Шамбалу. И если хоть немножечко знать Сергея Ивановича, то почему-то сразу веришь – так и будет. Фото Дмитрия ШИМАНСКОГО и из личных фотоархивов Сергея МЕТЕЛИЦЫ.

Читайте также
  • 02.01.2013 Анатолию Фёдорову - 60Сегодня юбилейный день рождения празднует заместитель губернатора Ярославской области Анатолий Павлович Фёдоров.
  • 05.12.2012 Сад поэзии цветёт!30 октября, в день, когда ярославскому поэту Сергею Лукину исполнилось бы 55 лет, в юношеской библиотеке им. Н. А. Некрасова в память о нём был проведён
  • 01.12.2012 «Шах и мат» Сергея Никитенко Ярославец Сергей Никитенко – многократный победитель всероссийских, областных и городских соревнований по шашкам и шахматам среди
  • 04.10.2006 В объективе Метелицы – весь мирВпервые в жизни Сергей Метелица взял в руки фотоаппарат лет в 13, когда учился в средней школе города Лебедин Сумской области. Знали бы тогда учителя,
  • 30.03.2004 Из архива Сергея МЕТЕЛИЦЫ С министром иностранных дел нового российского правительства Сергеем Лавровым я и директор театра имени Ф. Г. Волкова Валерий Сергеев познакомились в прошлом году в США.
  • 19.06.2003 Метелица покажет африканцам снег Язык, как известно, может до Киева довести. А вот фотоаппарат – гораздо более надежный гид. Например, постоянного автора «Северного края»
Комментарии

Написать комментарий Подписаться на обновления

 

Войти через loginza или введите имя:

 

В этой рубрике сегодня читают
  • По два рубля за сверхурочные Ни для кого не секрет, что с наступлением осени хлопот у врачей прибавляется. Вот и нынешняя "золотая
  • В ледяной купели Юные жители Тутаева Анастасия, Толя и Олег Сорокины (соответственно 1996, 1997 и 1998 годов рождения)
  • Мартовские трагедии Трагическими оказались предпраздничные дни в Рыбинске. 4 марта в микрорайоне Волжский каталась ребятня